Лауреат журналистских премий освобожден в зале суда

Судебное разбирательство в отношении известного журналиста, ныне корреспондента «Московского комсомольца в Нальчике» Игоря Цагоева вышло на финишную прямую. Напомним,  он был задержан в столице Кабардино-Балкарии 8 мая этого года, спустя два дня арестован, а затем ему предъявили обвинение в разбойном нападении 13-летней давности. С мая журналист находился под арестом, несколько раз меру пресечения продлевали по настоянию следствия, мотивируя это тяжестью вменяемой статьи, а также тем, что Цагоев, якобы, может скрыться от следствия, либо каким-то образом повлиять на ход расследования. Были ли на то реальные предпосылки, учитывая, что все эти 13 лет журналист не менял своего места жительства, от полиции никогда не скрывался, более того, самым активным образом сотрудничал со всеми силовыми структурами республики и округа и получал от их руководства  награды? Пожалуй, сейчас это вопрос больше философский, чем юридический. На практике: единожды «закрыв» фигуранта, правоохранители не любят менять свои решения.

Так или иначе, дело дошло до суда. Явных противоречий всех собранных доказательств и их уголовной квалификации упорно не замечали ни на стадии предварительного следствия, ни в момент утверждения обвинительного заключения: разбой с незаконным проникновением в жилище – и точка. Клубок разночтений стал разматываться только на стадии суда.

По сути. Потерпевшая Мадина У. утверждала, что подсудимый, придя к ней в квартиру 13 января 2000 года, несколько раз ударил ее по голове и похитил 1950 долларов. Журналист отрицает, что брал деньги у потерпевшей, и говорит, что ударил ее в результате возникшей между ними ссоры. Сама потерпевшая в ходе драки также в кровь расцарапала ему лицо. К Мадине У. обвиняемый пришел, чтобы переговорить с её мужем, который приставал к знакомой журналиста. В свою квартиру потерпевшая пустила Цагоева сама, узнав, что он разыскивает ее супруга. Узнав, что того нет дома, Цагоев попросил разрешения оставить ему записку, содержание которой и спровоцировало дальнейший конфликт. Однако, в 2000 году потерпевшая ни слова не сказала в милиции про записку, утаив истинные причины драки, а заодно обвинила незнакомца в хищении денег. Не сообщила она в органы и о том, что спустя несколько месяцев встретила «разбойника» в городе. Память отказала потерпевшей на долгие 13 лет – вплоть до очной ставки с обвиняемым, когда он сам об этом напомнил женщине, утверждавшей, что нападавшего она видела только один раз – в день происшествия. Эти и многие другие нестыковки в показаниях Мадины У., показания свидетелей – как обвинения, так и защиты, вызвали серьезные сомнения в стройности доказательной базы.

Следствие неверно квалифицировало действия Игоря Цагоева, заявила в ходе прений представитель прокуратуры Бэлла Ульбашева. Они не должны квалифицироваться как разбойное нападение. Цагоев ничего от потерпевшей не требовал и пришел к ней в дом совсем по другому поводу, а не с целью совершения разбоя, более того, был приглашен в квартиру самой потерпевшей, признала представитель стороны обвинения. Прокурор попросила признать подсудимого виновным по статьям 155 УК РФ («Умышленное причинение легкого вреда здоровью») и 158 УК РФ («Кража, совершенная с причинением значительного ущерба гражданину»), но освободить его от уголовной ответственности в связи с истечением срока давности.

Однако сторона защиты считает, что факта хищения денег не было вообще. Допущенная в качестве общественного защитника Наталья Юсупова (собкор ФЗГ в Северо-Кавказском федеральном округе) в прениях подчеркнула, что факт хищения денег не подтверждается ничем, кроме слов самой потерпевшей. Общественный защитник обратила внимание суда на то, что Цагоева объявили преступником задолго до предъявления обвинения, разместив на сайте МВД информацию с данными журналиста и с его фотографией сразу после его задержания. При этом не был указан год совершения преступления. Кроме того, в информации содержался призыв к «гражданам, пострадавшим от преступных действий указанного лица» незамедлительно обращаться в полицию. Вызывают недоумение и обстоятельства задержания журналиста. Взять хотя бы хронологию событий 8 мая: из материалов дела следует, что задержали Цагоева в отделе полиции на основании анонимного звонка в дежурную часть УМВД по Нальчику. Содержание рапорта дежурного было озвучено в суде: некто узнал в мужчине, которого заводили в отдел, разбойника 13-летней давности и… убийцу ветерана Великой Отечественной войны Могилко. Позже Следственный комитет полностью исключил причастность Цагоева к громкому убийству 2013 года. Но вот вопрос: кто, почему и зачем заводил журналиста в полицию и кто тот бдительный аноним, находившийся в нужное время в нужном для следствия месте?

В последнем слове Игорь Цагоев сказал, что признает свою вину в нанесении Мадине У. легких телесных повреждений, раскаивается и приносит извинения. «Мне тяжело и горько, но больше я ни в чем не виноват», – сказал он.

Огласить приговор должны были 2 сентября, однако из-за того, что Цагоева по каким-то причинам не доставили в суд из СИЗО (якобы, не было конвоя), заседание перенесли на следующий день. Решением суда 3 сентября уголовное дело прекращено в связи с истечением срока давности, И. Цагоев был освобожден в зале суда.

От редакции: Игорь Цагоев – номинант премии имени Андрея Сахарова «За журналистику как поступок» 2004 года, обладатель Гран-при всероссийского конкурса «Произвол в законе» 2005 года, победитель всероссийского конкурса «Золотой гонг-2005» в номинации «Расследование года». Он лауреат нескольких премий, в том числе: «За раскрытие опасной и общественно-важной темы криминализации власти» всероссийского конкурса «Произвол в законе» 2006 года, Национальной премии «Искра» в номинации «Журналистское расследование» 2006 года, премии Артема Боровика «Честь. Мужество. Мастерство» 2007 года, премии Союза журналистов России «За мужество и профессионализм» имени Тамирлана Казиханова 2007 года, премии правительства Российской Федерации в области печатных СМИ 2008 года «За личный вклад в становлении мира и стабильности на Юге России», премии Союза журналистов России «За профессиональное мастерство» 2011 года. Кроме того, Игорь награжден памятными и ведомственными медалями: «За ратную доблесть», «За боевое содружество», «Маршал Советского Союза Жуков», «За службу на Северном Кавказе», «За содействие».

Дайджест Фонда защиты гласности № 625, 2 сентября 2013 года

 

 

This entry was posted in дайджест ФЗГ. Bookmark the permalink.

Comments are closed.